САЙТ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

Памяти друга и коллеги

13.11.2019
Памяти друга и коллеги 40 дней как ушел давний сотрудник «Литературной газеты», замечательный фотограф Евгений ФЕДОРОВСКИЙ.

«Охватить, сопрячь, примирить»

06.11.2019
«Охватить, сопрячь, примирить» Памяти Льва АННИНСКОГО.
О том, «каким он парнем был», напоминает Александр НЕВЕРОВ.

Я помню его в слезах

03.11.2019
Я помню его в слезах Владимир БУШИН вспоминает Илью СЕЛЬВИНСКОГО и таинственные детали его биографии.

Во тьме грядущих новостей

09.11.2019
Во тьме грядущих новостей Стихи Нины ЯГОДИНЦЕВОЙ отличаются не только тщательной отделкой, но и пронзительной лиричностью.

Все равно продолжается жизнь

02.11.2019
Все равно продолжается жизнь Евгений СТЕПАНОВ не только поэт, но еще и редактор. А также издатель. И это не могло не отразиться в его стихах.

Позывной: Москвич

28.10.2019
Позывной: Москвич Публикуем фрагменты записок русского добровольца – московского предпринимателя, отправившегося летом 2014 года на войну в Донбасс.

Мастер-класс главреда "Литгазеты" Максима Замшева на Пушкинфесте

Смотреть все...

Русский Рим – это любовь

12.11.2019
Русский Рим – это любовь Эксклюзивный репортаж собкора «ЛГ» Никиты БАРАШЕВА с церемонии награждения престижного русского фестиваля в Италии.

«Пойду за Тобой, хоть Ты и не сахар»

10.11.2019
«Пойду за Тобой, хоть Ты и не сахар» О поэтическом жанре «Трактатов» Веры ЗУБАРЕВОЙ размышляет Ирина РОДНЯНСКАЯ.

Вместо письма

08.11.2019
Вместо письма Мамеду ИСМАИЛУ – 80.
Читаем статью Михаила СИНЕЛЬНИКОВА, а также его переводы стихов юбиляра.
  1. Какие разделы Вас больше привлекают в «Литературной газете»?

Запад им поможет

11.11.2019
Запад им поможет О комичном «Форуме свободной России» в Литве высказывается Андрей ПЕСОЦКИЙ.

Профессор о профессоре

05.11.2019
Профессор о профессоре Иван ЕСАУЛОВ размышляет о природе русофобских высказываний Гасана ГУСЕЙНОВА.

«Новый человек»: утопия или реальность?

01.11.2019
«Новый человек»: утопия или реальность? Концепцию «Красного реванша» прокомментировал президент Института национальной стратегии Михаил РЕМИЗОВ.  

6. САМАЯ ЗНАМЕНИТАЯ РУССКАЯ АРИСТОКРАТКА XIX ВЕКА. 6. Е. П. Блаватская и русские востоковеды. Ч. 1.

6. САМАЯ ЗНАМЕНИТАЯ РУССКАЯ АРИСТОКРАТКА XIX ВЕКА. 6. Е. П. Блаватская и русские востоковеды. Ч. 1.

Бум мирового востоковедческого творчества пришелся на ХIX век. Были опубликованы многие священные книги Индии, Тибета, Китая, Японии, Арабского Востока. Появились серьезные научные труды европейских исследователей по восточным религиям, философии, литературе, архитектуре, по истории стран Азии, Африки и Латинской Америки. Большинство трудов относилось к научно-описательной литературе.

В истории науки не раз случалось, что описательная наука рано или поздно приводила к крупным научным открытиям, а научные обобщения находили «себе отражение и переработку в философской мысли». В этом смысле научная деятельность востоковедов, описательные труды историков и исследователей оккультизма «предшествовали философской работе».

EF2F4D5F-7187-436D-AA85-3C705EF3FADC.jpeg Я

Выдающийся российский ученый и историк мировой науки Вернадский В.И. писал, что крупные научные обобщения раздвигают рамки познанного или рушат «веками научно выработанные, философски обработанные положения»; тогда можно «ждать проявлений философского гения, новых созданий философской мысли, новых течений философии».

В 19-м столетии не только в Европе, но и в России открывались одна за другой кафедры востоковедения: в Санкт-Петербурге, Москве, Казани, Харькове. В университетах преподавались восточные языки. Как и в европейских странах, в России кадры востоковедов готовили для выполнения миссионерских, дипломатических и академических задач. Востоковеды переводили священные книги Востока, однако, не в таком количестве, как на Западе.

Блаватская знакомилась с работами российских востоковедов. Она ссылалась на них в своих трудах. Она изучала индийские священные книги как востоковед и оккультист. Она прекрасно знала «Бхагавад Гиту». Эту замечательную книгу – Библию индусов – стали переводить на европейские языки с 1785 года. Три года спустя, Н.И. Новиков, известный русский издатель, писатель, масон, издал ее перевод на русском языке, сделанный с английского А.А. Петровым. Вероятно, Блаватская пользовалась изданием «Гиты», сделанным Шлеглаем и Лассеном в 1846 г.

В ее статьях и в «Тайной Доктрине» можно найти ссылки также на следующие священные книги Востока: «Махабхарату», «Рамаяну», «Ригведу», «Упанишады», «Веданту», «Анагиту», «Законы Ману», «Пураны», «Йогу Шастру», «Зенд Авесту», «Египетскую Книгу Мертвых» и многие другие.

Могла ли Блаватская получить востоковедческое образование в России? Едва ли. Она к этому не стремилась, во-первых, потому что девушек в российские университеты  в середине XIX века не принимали. Занятие наукой для девушек из аристократических семей считалось неприличным и нецелесообразным. Их обучали языкам, музицированию, танцам.  

Во-вторых, Блаватская стремилась не столько к изучению восточных языков, истории и культуры, сколько – тайных знаний, которые правильнее  называть эзотерической культурой человечества. Она стала одним из первых исследователей индийской эзотерической культуры среди западных и российских востоковедов.

В университетах в ХIХ веке (да и в наши дни) основы эзотерической культуры человечества не изучались и не преподавались. Академическая наука делает вид, что такой культуры не существует. Однако интерес к космологическим, планетарным, астрологическим, психологическим и духовным явлениям растет на протяжении почти двух столетий.

Поэтому для изучения эзотерической культуры человечества у Блаватской оставался единственный путь – путешествия по странам Востока, что она и делала. Она изучала восточные языки по мере необходимости в чисто практических целях.

Е. П. БЛАВАТСКАЯ — одна из КРУПНЕЙШИХ ВОСТОКОВЕДОВ XIX века.

1

Какие труды русских востоковедов могла изучать Блаватская? Могла изучать труды Минаева И.П. (1840-1890). Он читал лекции в Санкт-Петербургском университете на кафедре сравнительного языкознания и санскрита. После двухгодичного путешествия по Индии и Цейлону он опубликовал «Очерки Цейлона и Индии» в 1878 году, на несколько лет раньше, чем стали публиковаться очерки Блаватской об Индии.

Подобно Блаватской, многие русские востоковеды уделяли большое внимание изучению восточных религий. Вот что писал известный востоковед С.Ф. Ольденбург (1863-1934) о религиозном творчестве в странах Востока: «Все великие мировые религии народились в Азии, и не следует думать, что религиозное творчество там иссякло в настоящее время; напротив, ближайшее знакомство с умственным настроением азиата современного, с его духовным расположением заставляет предполагать, что именно в Азии и в настоящее время возможны и очень вероятны религиозные циклоны, неудержимые в своем стремлении и не преодолимые никакою человеческою силою».

Подобно Блаватской, русские востоковеды подчеркивали особое значение изучения древних культур: «изучение его (архаического мира) откроет... такую ширь горизонта, которую в наш век заслоняют лживые или незрелые мысли о всем том, что многие кичливо склонны называть прогрессом, успехом. В этих исканиях истины, быть может, столь древних, как и само человечество, мы откроем то истинное богатство, которого нет в современной жизни – сказания о былом напомнят нам то, что так часто забывается в настоящее время: не с правами мы пришли в этот мир, но с обязанностями… Дело человека – выяснить себе эти обязанности и точно их исполнять. Только при этом условии возможно процветание – тот истинный прогресс, которого нет в современной жизни, потому что служение безусловной истине несовместимо со служением Ваалу. Искание лучшего правительства, погоня за политическими правами, за материальным богатством и т. д. – не истинное дело человека, потому что все это не открывает ему истины, не ведет к царству Божию, иными словами – к властительству справедливости». Эти же мысли ученого без устали повторяла в своих трудах и Блаватская Е.П.

Ольденбург читал очерки Блаватской об Индии. Он ближе всех подошел к тому рубежу, с которого она начинала проводить свои исследования. В книге «Культура Индии» он писал: «Величайшие философы Индии проявляют живой интерес к мистике и даже культу, как бы разделяя совершенно религию и философию и вместе с тем отдавая дань каждой из них».

Вслед за Блаватской Ольденбург подверг критике евроцентризм, характерный для отношения европейских мыслителей к духовным достижениям азиатской культуры. Он осуждал европейское высокомерие, не допускающее «даже мысли о том, что там, в глубинах этой азиатской души творится многое, что важно для европейца со всей его цивилизациею». Ольденбург признавал буддизм мировой религией, вполне сопоставимой в своей культурной миссии с христианством.

В советские времена нам внушали идею, утвердившуюся в эпоху Просвещения о том, что для всех времен и народов существовали одни и те же ценностные, этические, поведенческие нормы, соблюдение или несоблюдение которых служит мерой, стандартом определения «нормальности» или «варварства» нации, эпохи, общества. Французские просветители объявили «нормальными», общечеловеческими европейские представления о смысле и цели жизни. Все прочие представления и религиозно-философские культуры, которые европейцы встречали на других континентах, были объявлены «варварскими», и потому решительно и грубо, агрессивно с помощью кровавых методов ломали и заменять их «нормальными». Для ломки использовались и рыцарский меч, и христианский крест. Таковы корни псевдонаучной, надуманной концепции европоцентризма.

2

Очерки Блаватской об Индии не только пробуждали интерес российских востоковедов к азиатским религиям. Они учили читателей уважать достижения индийских ученых, открытия, сделанные ими в древности и средних веках. «Те, которые изучали древнюю философию Индии, с твердым намерением проникнуть в тайный смысл ее афоризмов, в большинстве случаев убедились, что с самых древних времен свойства электричества были в значительной доле известны таким философам, как, например, Патанжали. Чарака и Шушрут изложили систему Гиппократа еще за несколько веков до того, кого на Западе так долго называли «отцом медицины». Исчисления Сурьи-Сидхенты, доказывающие, что он знал и исчислил силу паров, века тому назад, неизгладимо начертаны на камне, что хранится в Бедринатском храме Вишну.

Древние индусы первые вычислили скорость света и определили законы, которыми он следует в своем отражении; а Пифагорова таблица и его знаменитая теорема о свойстве квадрата гипотенузы находятся в древних книгах Джиотиши (Geotisha). Еще недавно западные математики указывали на Гиппарха Никейского, как на отца тригонометрии, хотя все, что они когда-либо могли узнать о нем, почерпнуто ими со слов его ученика Птоломея; а теперь здесь найдена древняя рукопись, доказывающая, что «уравнение центра» было известно индусам задолго до Р. Х.». Вслед за ней о достижениях древних индийских ученых и мыслителей начали писать индийские мыслители: выдающийся писатель Р. Тагор (1861-1941), философы Ауробиндо Гхош (1872-1950), и С. Радхакришнан (1888-1975), первый премьер-министр независимой Индии Дж. Неру (1889-1964).

3

В статьях и книгах Блаватской можно найти ссылки не только на книги Минаева, но и научные произведения выдающегося буддолога Васильева В.П. (1818-1900). Он издал монографию «Буддизм. Его догматы, история и литература» в 1857 году. Этим трудом Васильева восторгались европейские ученые. Известный санскритист А. Вебер писал: «Васильев сделал многое; он выступил знатоком как китайского, так и тибетского языков и этими ключами отворил обширную литературу североазиатской буддистской традиции».

На примере Васильева Блаватская убедилась в ущербности, несостоятельности, нецелесообразности в науке филологического метода исследования письменных памятников Востока религиозно-философского, тем более эзотерического  содержания. Во-первых, перевод понятий, рожденных в чужой культуре, требует глубокого понимания реалий, терминов, психотехник этой другой культуры. Исследователю, воспитанному в греко-римско-христианской культуре, трудно понять религиозно-философские концепции буддизма или индуизма. И наоборот.

Этимологических и двуязычных словарей для перевода письменных материалов древности и средневековья недостаточно. Так, русский востоковед Позднеев А.М. в этом убедился лично. В «Очерках быта буддистских монастырей» он описывает, как он наблюдал за процессом медитации буддистских монахов. Он попытался выяснить у них, что созерцают, испытывают во время медитации. Один из них заявил ему, что этой тайны никто из них объяснить не сможет, потому что следует научиться медитировать, чтобы понять, что происходит в сознании в ходе ее.

Этот пример показывает разницу в подходах Блаватской и востоковедов к объекту исследования. Ее интересовал сам процесс транса или медитации, целительства, магических процедур. Востоковедов этот внутренний, психологический процесс не интересовал. Они хотели только описать то, что происходит в сознании мистиков, медитирующих людей, то есть именно то, что не поддается ни описанию, ни изучению со стороны.

F7B9175B-342B-4BD0-B86F-35A0D6E41AF5.jpeg

Востоковеды в ее время старались перевести на европейские языки письменные материалы Востока и описать то, что они наблюдали во время путешествия по странам Востока, по монастырям. Блаватскую мало интересовали внешние этнографические подробности быта и жизнедеятельности монахов. Она, разумеется, беседовала с местными жителями, но не для того, чтобы записать и затем опубликовать эти беседы в научном журнале или занести их в свой путевой дневник. Она анализировала древние и средневековые манускрипты, но не для того, чтобы перевести их, или описать, а для того, чтобы понять и толково объяснить эзотерический, тайный смысл источника на английском языке. Она могла, например, в Тибете наблюдать за жизнью монахов и мирян, но она не ставила перед собой задачи сделать этнографическое описание быта монахов, их головные уборы и одежду, празднества и пр. Ее целью было изучить буддистскую философию, тайные учения Востока, научиться медитировать и прочее.

Поэтому ей, мыслителю и востоковеду, было проще, чем профессиональным востоковедам, описывать сложные восточные понятия, смысл которых она усвоила изнутри; феномены, которые она научилась делать самостоятельно. Она не только хорошо знала буддизм, она приняла буддистскую веру.

(Продолжение следует)




Новости
13.11.2019

«Реальный магизм»

Презентация сборника под таким названием пройдет в ЦДЛ.
13.11.2019

Близкий Даль

В Оренбурге откроют памятник «Словарю живого великорусского языка».
12.11.2019

«Чистая книга» огласила лонг-лист

Премия имени Федора Абрамова определилась с длинным списком претендентов.
12.11.2019

Назван победитель «Будущего времени»

Подведены итоги второго сезона проекта о перезагрузке научной фантастики.
11.11.2019

Для малых языков и литератур

В Новосибирске прошел 4-й Фестиваль национальных литератур народов России.

Все новости

Книга недели
Мой народ

Мой народ

Народный писатель Казахстана, лауре­ат Государственной премии Ф. Унгар­сынова (1939–2014) писала о любви и дружбе, об истории своего народа.
Колумнисты ЛГ
Крашенинникова Вероника

Фигура умолчания

Прошёл День народного единства. Празднику 15 лет, а народной любви и признания о...

Неменский Олег

Маша от Зеленского

Развод сил на пробных участках в Донбассе – это своего рода военный балет, никак...

Крашенинникова Вероника

Что видят, то и бредят

Если посредством сцены распространять нравствен­ный упадок, жестокость и насилие...

Макаров Анатолий

Ботинки и воронки

Наши телеведущие не смотрятся как нуждающие­ся.

Попов Валерий

Ты никого не обманешь

Я знал нескольких замечательных писателей и поэтов – и все они были удивительным...