Олег Андреев,
Феодосия
Южная ночь
Тайный зов, неизречённая тоска
Вечно вдаль куда-то гонит облака,
Заставляя плыть по небу на закат –
За седой Солхат.
Облака, как сны, уходят навсегда.
В небе призрачных вершин встаёт гряда
И немым виденьем исчезает прочь.
Тихо сходит ночь…
Там, на набережной, музыка и гам –
Феодосия гуляет по ночам.
Только Старый город спит
и видит сны
Ветхой старины.
А вдали, над морем, из-за маяка,
Призрачна, торжественно-легка,
Поднимается, как дух морского дна,
Красная луна.
Всюду – россыпи задумчивых огней.
К небу тянутся громады тополей
И тоскуют, что не слышат никогда,
Как звучит звезда.
Джесси и Моргиана
Ты зажгла у себя в комнате свечи.
Отраженья в зеркалах засияли.
Ночь сгустила дочерна свои краски,
Будто тёмные века настали.
Вновь сияющие коридоры
В бесконечность зеркал убегали.
А за окнами лило беспрерывно,
Будто вечные дожди настали.
Зеркала должны сказать тебе правду.
Загляни в коридор отражений,
И откроется тебе сокровенный
Мир пророческих зеркальных
видений.
В отдалённых мирах зазеркалья
Всё таинственно, жутко и странно.
Обернувшись вдруг,
ты смотришь на двери –
А в дверях твоих стоит Моргиана.
Вот судьба твоя – уже на пороге.
Ты пугаешься ужасного взгляда.
Моргиана лишь загадочно посмотрит,
А наутро нальёт тебе яда.
У моря
Светлым днём вставали за горами
Вестники немые дальних гроз.
Облака вздымались перед нами
В небе во весь рост.
В празднично-лазоревом просторе
В царственном венце своих лучей
Солнце на закат плыло над морем
На ладье своей.
По земле, от солнца раскалённой,
Мы брели к сапфировым волнам;
Южный город, зноем утомлённый,
Открывался нам,
И спала над шумным Коктебелем
Крымских гор великая сестра,
Облаком увенчанная белым
Чёрная гора.
И опять небесными путями
Горные массивы облаков
Айсбергами двигались над нами
В даль иных веков.