Герой романа, от лица которого ведётся повествование (Дмитрий Баврин), заместитель главы управления города по культуре, находясь в Японии в командировке, узнаёт, что его друга детства Мишу Протасова, ныне преподавателя истории в гимназии задержали, обвинив в экстремизме и оправдании нацизма.
Обстоятельство, в которое трудно поверить, и Баврин начинает свое расследование, погружаясь в детство, юность, разные города и судьбы своих друзей. Родной город Энск, где «не 3 миллиона, а 300 тысяч», очень похожий на Смоленск, но всё же Энск.
В институте друзья, мушкетёры, компания для преферанса, из которых двое уже умерли.
Вспоминается всё, что имеет отношение к Протасову, например, история, которой он занимался, героического каре дивизии Немеровского, противостоявшее гораздо более многочисленной коннице Мюрата и организованно отступившей к Смоленску…
Протасов кроме отстаивания обычных для западников ценностей говорил ученикам, что генералы Вермахта не нацистские преступники…
Баврин, благодаря помощи руководителя управления, выходит на контакт с людьми, которые ведут дело Протасова. Они убеждают, что Протасов сам во всём сознался. Баврин раздумывает, стоит ли ему ввязываться в кампанию по защите своего друга, ведь ничего такого, за что сажать в тюрьму он не совершал, только какие-то посты в социальных сетях. Приехавшая из Москвы Соня Ландсберг, одноклассница, подруга «из солнечных 80-х и острых 90-х», призывает Баврина использовать своё положение, чтобы облегчить участь Протасова. Но тут появляется новый, куда более неприятный компромат.
Огромный массив текста посвящён обсуждения интервью учениц Протасова, обвинивших его в домогательствах. Но Баврин не верит в обвинения.
В день своего рождения Баврин получает «отложенное» письмо-поздравление от Протасова, написанное им ещё до ареста. Из этого письма читателю становится ясно, что Протасов светлый, практически святой человек, к тому же недавно принявший католичество. У истории этой есть еле проступающей в тумане намёков второй, политический, протестный план, особенно после того, как становится известно, что Протасов, которому грозил разве что условный срок, покончил жизнь самоубийством. В камере разбежался и ударился об стену. Верить этому или нет, дело читателя. Скорее всего надо перечитать это хитро или изящно сконструированное произведение.
