Перестройка, помимо прочего, привела к разрыву связей с миллионами зарубежных друзей, многие из которых всю жизнь посвятили налаживанию нормальных отношений с нашим народом. В их числе был канадский писатель, просветитель и издатель Дайсон Картер (1910–1996).
«За пятьдесят с лишним лет писательской деятельности Дайсон Картер опубликовал сотни журнальных и газетных статей, десятки рассказов и 17 книг, включая пять романов, – говорится в статье знатока его творчества Джеймса Дойла «Наука, литература и революция: жизнь и сочинения Дайсона Картера». – В 1930–1940-х годах его статьи и рассказы появлялись в видных газетах и журналах, издававшихся в Канаде и США, а три его ранние произведения были напечатаны американскими коммерческими издательствами, заслужив много похвальных рецензий».
Международную известность Картер обрёл в начале Второй мировой, выпустив книгу «Море судьбы». В ней он предупредил об опасности вторжения гитлеровцев в Канаду через незамерзающий Гудзонов залив.
Два года спустя вышел его первый роман – Night of Flame, замеченный и по достоинству отмеченный газетами «Нью-Йорк таймс» и торонтской «Глоб энд мейл». Литературный критик другой канадской газеты – «Оттава ситизен» – тогда написал, что дебютант «всего в шаге от признания его гением».
Тем не менее, пишет Дж. Дойл, в отличие от других канадских писателей такого калибра, Картера не удостоили даже беглого упоминания в справочниках о литературе Страны кленового листа, т. к. он «состоял в Коммунистической партии Канады и стал жертвой коллективной вражды и потери памяти, охватившей канадцев во время холодной войны».
Пока шла Вторая мировая война и Советский Союз считался союзником англосаксов, Night of Flame издавали и переиздавали под именем автора. Но как только повеяло духом маккартизма, крупнейшее американское издательство Signet повело себя в соответствии с поговоркой «и хочется, и колется»: желая заработать на переиздании бестселлера и вместе с тем опасаясь обвинений в симпатиях к члену Компартии, оно выпустило книгу Дайсона Картера под псевдонимом Уоррен Десмонд.
Картер же в самый разгар маккартизма возглавил Общество дружбы «Канада – СССР» и посетил нашу страну, поделившись впечатлениями в книгах «Мы видели социализм» и «Надежда мира». В другом своём произведении – «Большая ложь» – он разоблачил очередную клеветническую кампанию США против СССР. Тогда же он стал издавать журнал «Новости и факты», впоследствии переименованный в «Северные соседи». Издание уникальное (целиком было посвящено советской действительности), к 1985 году набравшее 10 тысяч подписчиков в Канаде, США и 79 других странах на всех континентах.
С начала 1960-х годов Картер поддерживал тесный контакт с Агентством печати «Новости» (АПН) и время от времени присылал в Москву свои корреспонденции на международные темы. К публикации их готовила Нелли С. Работая в главном советском ведомстве внешнеполитической пропаганды, она не скрывала своих настроений, типичных для тех представителей творческой интеллигенции, кто держал фигу в кармане. Как только к Нелли С. попадала статья Картера, она принималась саркастически фыркать: мол, совсем этот канадец сбрендил, восторгаясь нашей страной. Отстаивая на свой страх и риск интересы СССР у себя на родине, Дайсон Картер не находил понимания и сочувствия у своего куратора в АПН.
В сентябре 1973 года я приступил к работе в Канаде в качестве собкора АПН и два месяца спустя познакомился с Картером на приёме в нашем посольстве по случаю 56-й годовщины Октябрьской революции. Перед этим меня предупредили: обращаться с ним надо с предельной осторожностью – он с детства страдал «синдромом хрустального человека», и даже сильное рукопожатие грозило ему очередным переломом, счёт которым Дайсон потерял ещё в молодости.
И вот вижу – среди гостей появилась немолодая женщина с инвалидной коляской, а в ней – седовласый лобастый мужчина ростом чуть больше карлика. Одет в строгий тёмный костюм, лицо типичного персонажа английских кинокартин середины прошлого века. Это и были Дайсон Картер и его жена Ирья.
Я представился, бережно, как мне советовали, взял в руки ладонь Дайсона, и между нами, как порой выражаются сочинители, тут же пробежала искра, высекшая негасимый огонь многолетней дружбы. Когда в 1975 году Картеру исполнилось шестьдесят пять и я решил поздравить его очерком в журнале Soviet Union Today (издавался нашим посольством в Канаде), мне не пришлось корпеть за пишущей машинкой в мучительных поисках подходящих слов – они легли на лист сами собой, ибо шли из самого сердца.
Кругозор Картера, его охват и понимание происходивших событий были феноменальны. Живя почти безвылазно в медвежьем углу, будучи отрезан от внешнего мира ещё и в силу своей глухоты, он, тем не менее, поражал меня глубиной мыслей и на редкость точными характеристиками.
8 марта 1979 года моя командировка в Страну кленового листа завершилась. Перед этим Дайсон прислал мне новогоднее поздравление с пожеланием счастливого возвращения на Родину и выражением надежды на новые встречи. Такая встреча состоялась летом 1980 года в Москве, где Картер стал первым канадцем-кавалером нашего ордена Дружбы народов. А ещё через год меня снова командировали за океан – вашингтонским корреспондентом «Известий».
Оттуда я время от времени звонил Дайсону и пару раз заказал ему статьи для «Известий». Картер был искренне рад продолжению наших контактов. Последнее сохранившееся у меня письмо Дайсона датировано апрелем 1983 года. В нём говорилось о нарастании антивоенных настроений, докатившихся и до Грейвенхерста – небольшого посёлка, где Картеры жили: «Люди в наших краях превратились в горячих сторонников движения против ядерной войны. Они даже добились права установить при въезде в Грейвенхерст плакат «Мы за мир»! А ведь населяющий нашу сельскую местность люд всегда отличался крайним консерватизмом».
Перестройка, однако, самым трагичным образом сказалась и на судьбе Дайсона Картера. Каково было этому отважному человеку, который в самый разгар травли людей левых взглядов не побоялся возглавить ассоциацию дружбы «Канада – СССР», а потом в течение 30 с лишним лет знакомил с достижениями нашего государства своих читателей и подписчиков «Северных соседей», каково было ему вдруг узнать, что в советских учебниках по истории, как заявил один из прорабов перестройки Юрий Афанасьев, будто бы «не было ни одной правдивой страницы»? А ведь это неслось и всё сильней разносилось по всему белу свету не только из уст бывшего наставника отечественной пионерии и комсомолии. У Афанасьева был целый сонм подельников во главе с идеологом перестройки Александром Николаевичем Яковлевым.
В декабре 1989 года подавленный происходящим Дайсон Картер прекратил издание «Северных соседей». Преданнейший друг советского народа и государства посчитал себя преданным. «Выходит, я сорок лет распространял чушь собачью», – в сердцах написал он своему старому другу Джону Бойду.
Весной 1992 года в Москву из Канады вернулся Игорь Л., несколько лет возглавлявший Бюро АПН в Оттаве.
– Как там Дайсон? – спросил я его.
Игорь только махнул с досады рукой:
– Закрыв свой журнал, он наотрез отказался видеться с советскими представителями.
Член Союза писателей России, лауреат Премии им. Антона Дельвига за 2024 год. В 1973-1986 гг. работал собкором в Канаде, а потом в США. Печатался в «Известиях», «Неделе», «Комсомольской правде», «Советской ку...
