Шеремет Фёдор
Билли Уайлдер, блестящий сценарист («Ниночка») и очень сильный режиссёр («Двойная страховка», «Бульвар Сансет», «Квартира»), у нас в стране в основном известен комедией «Некоторые любят погорячее» (она же «В джазе только девушки»), и фильмом «Зуд седьмого года», а вернее, кадром из этого фильма, где горячий воздух из решётки вентиляции метро поднимает подол платья Мэрилин Монро. Этакий игривый остроумец, мастер снимать комедии и соблазнительных женщин. Однако за свою долгую – очень долгую, в девяносто пять лет – жизнь Уайлдер, как и другие голливудские динозавры вроде Джона Хьюстона или Уильяма Уайлера, перепробовал множество разных жанров, везде отметившись хотя бы одним знаковым фильмом. «Пять гробниц по пути в Каир» – военное приключенческое кино, «Двойная страховка» – нуар, «Свидетель обвинения» – юридическая драма с намёком на детектив и так далее. Один из немногих его фильмов, который сложно отнести к какому-то конкретному жанру, – «Потерянный уик-энд» 1945 года.
Не поймите превратно, фильмов про алкоголиков очень много – во всяком случае, гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Ещё на заре киноискусства появлялись такие разные картины, как комедия «Сон пожирателя гренок с сыром» (где за разнообразные галлюцинации героя были ответственны и обжорство, и неумеренные возлияния) и жестокая драма «Жертва алкоголя» по Золя. Половина героев американского нуара – заядлые алкоголики, да и в вестернах второстепенные персонажи часто любят пропустить стаканчик. Но вот «Потерянный уик-энд» – фильм другого уровня, беспощадный к своему герою, особенно в том, что касается оправданий.
Нью-йоркская панорама, нагромождение стали и бетона. Писатель без книги Дон Бирнем («хемингуэева порода!») собирается уехать с братом за город на выходные, пожить в околосанаторных условиях и начать новую книгу. Ну как собирается – его почти насильно собирают брат Вик и девушка Хелен. Дон же думает исключительно о бутылке, хитроумно спрятанной под оконной рамой. Грубо спровадив свою группу поддержки, Бирнем лишается и бутылки, обнаруженной братом. Так начинается одиссея главного героя – долгие изматывающие выходные в поисках очередного стакана.
Бирнем в исполнении Рэя Милланда – красавец (если верить героиням фильма), интеллектуал и насмешник, а также абсолютно беспомощное существо. Он готов на всё, чтобы продлить забытьё, – вымогает деньги у влюблённой в него женщины, которая сама привыкла жить за мужской счёт; крадёт купюру из сумочки случайной посетительницы бара; забирает деньги, спрятанные братом для домработницы; в слезах молит знакомого бармена налить ему ещё. Единственная пружина сюжета – жажда; она соединяет в себе разрозненные куски диалогов, прогулок и видений героя. Уайлдер находит изумительные способы показать «дамоклову бутылку», грозящую свести с ума Дона. В оперном театре на «Травиате» Бирнем следит за статистами, которые разносят бокалы на сцене. Исхитрившись купить две бутылки виски, он прячет одну про запас в плафоне лампы – и на следующий день громит квартиру, позабыв, где оставил её. Лишь позже он видит на потолке её тень, а вернее, нестираемый отпечаток. В традициях золотого века Голливуда этот фильм о любителе «нектара» более полагается на визуальную выразительность кадра, чем на актёрское мастерство. Сам Уайлдер жестоко сказал о Милланде, для которого роль Бирнема стала вершиной всей карьеры, что это был актёр не «оскаровского» масштаба, а премию ему дали только за необычную роль.
Хотя фильм кончается оптимистически: герой тушит сигарету в стакане выпивки и собирается всё же написать свой будущий шедевр, «Бутылку», – зеркальное отражение первого кадра, с переходом от окна к панораме Нью-Йорка, кажется мрачным указанием на то, что трезвость оставит героя уже на следующий уик-энд. Как говорил сам Бирнем, глядя на мокрый кружок от стакана, оставшийся на барной столешнице: «Круг – это совершенная геометрическая фигура, ни начала, ни конца».
Шеремет Фёдор
