У России, неожиданно для многих, обнаружились «конкурентные преимущества». Прямо как в каком-нибудь водевиле: к финалу безродная бесприданница обрела предка-дворянина и наследство в придачу. Кто бы мог подумать: у нас и природные богатства, и солидный научно-производственный потенциал, без которого гиперзвуку не взлететь, и прочие атрибуты самодостаточности. Пресная вода – упейся, газ – копеечный, бензин-солярка свои, а золото-алмазы не завершают список, а лишь украшают его – колоритная деталь. Главное впереди – пахотные земли, а значит, и хлеб у нас будет, и скотину есть чем накормить – баланс жиров, белков и углеводов обеспечиваем.
России нужно привыкать к новой роли, не побоимся этого слова, филантропа. Ведь деньги в их прежнем макроэкономическом смысле уже ничего, по сути, не значат. Распределение еды становится не вульгарным инструментом обогащения, а деятельностью ради общественного блага в самом широком смысле. Нужно учиться избавляться от комплексов «страны-бензоколонки» и взять на вооружение советы из глянцевых женских журналов с их пошлой, как казалось когда-то, психологической установкой полюбить себя вопреки завистливым подружкам.
Зазнайство нам не грозит, почивать на лаврах не станем. Ведь мы ещё помним, что формула «битва за урожай» – не пропагандистское клише советского прошлого, а самое точное описание труда в зоне рискованного земледелия.
