САЙТ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

Вратарь столетия

22.10.2019
Вратарь столетия Льву ЯШИНУ – 90.
О выдающемся голкипере рассказывает его дублер, а ныне журналист и писатель Олег ИВАНОВ.

Встреча с Максимом Замшевым

19.10.2019
Встреча с Максимом Замшевым Главный редактор «Литературной газеты» выступит в Библиотеке искусств имени А.П.Боголюбова.

Варвары – не путешествуют

14.10.2019
Варвары – не путешествуют О вручении нобелевских премий по литературе за 2018 и 2019 гг. размышляет Александр БОБРОВ.

«Мы растворяемся в неведомом начале…»

20.10.2019
«Мы растворяемся в неведомом начале…» Валерий ТИХОНОВ в какой-то мере оправдывает свою фамилию; его вполне можно отнести к «тихим лирикам» в поэзии.

Восхождение: путевой дневник литератора

16.10.2019
Восхождение: путевой дневник литератора Алексей НЕБЫКОВ специально для «Литгазеты» вел дневник покорения Килиманджаро в честь 205-летия Михаила ЛЕРМОНТОВА.

«Плыву в мирах…»

12.10.2019
«Плыву в мирах…» Елена СЕМЕНОВА может удивить не только смелым имиджем, но и стихами.

Мастер-класс главреда "Литгазеты" Максима Замшева на Пушкинфесте

Смотреть все...

Писатель на рубеже эпох

21.10.2019
Писатель на рубеже эпох В Москве пройдет научная конференция, посвященная Фазилю ИСКАНДЕРУ. О предстоящем событии рассказывает Ирина НИКОЛАЕВА.

Неудобный россиянин

20.10.2019
Неудобный россиянин К столетию народного поэта Башкирии Мустая Карима. Размышления Валентина ЛУКЬЯНИНА.

«Промежуток» во Франкфурте

18.10.2019
«Промежуток» во Франкфурте Игорь БОНДАРЬ-ТЕРЕЩЕНКО анализирует новый роман Инги КУЗНЕЦОВОЙ, представленный на престижной книжной ярмарке в Германии.
  1. Какие разделы Вас больше привлекают в «Литературной газете»?

Идеал офицера недостижим

21.10.2019
Идеал офицера недостижим Беседа с доктором исторических и педагогических наук, заслуженным работником культуры РФ, почетным сотрудником МВД России генерал-лейтенантом запаса Валерием НОВОЖИЛОВЫМ.

Природу не обманешь?

19.10.2019
Природу не обманешь? Николай ТРАВКИН о демографической проблеме в РФ, а также о том, какую роль в этом играют президент Путин и РПЦ.

Я – за смертную казнь

13.10.2019
Я – за смертную казнь Протоиерей Всеволод ЧАПЛИН считает, что милосердие к извергам – это поощрение прошлых и будущих преступлений.

Чертополох. Заметки о жизни и литературе - Сообщения с тегом "литературный процесс"

  • Архив

    «   Октябрь 2019   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4 5 6
    7 8 9 10 11 12 13
    14 15 16 17 18 19 20
    21 22 23 24 25 26 27
    28 29 30 31      

Современные образы русской литературы

*   *   *
В мировой литературе есть традиционный набор персонажей, вокруг которых закручивается интрига сюжета: воин -  герой или просто солдат, тянущий лямку войны; женщина – мать, возлюбленная; мудрец – воплощение традиционных воззрений и народного опыта; эмигрант – ранее, странник или изгнанник; провинциал – житель глухомани, края света, которым в одних странах считается заброшенный остров, у иных - аул или село; изгой – правдоискатель или преступник; подвижник – монах, священник, этот образ порой тождественен образу мудреца и сам писатель.
Каждая нация рисует эти  литературные образы в своём стиле, делая акцент на тех или иных чертах – как отличались бы портреты одного и того же человека, созданные японцем, голландцем,  русским или арабом. Фон эпохи и светотень исторических обстоятельств довершают композицию.
В России образу воина писатели традиционно придают героические черты. С одной стороны, это потребность народа в подтверждении, что ратный труд вершился не зря, с другой – негласный заказ государства.
Постперестроечные художественные тексты богаты персонажами, прошедшими Афган, Чечню, теперь добавится и Донбасс. От одним махом семерых побивахом богатырей до поющих в электричке инвалидов, забытых властью. Пока что сайт «Окопка» пополняется рассказами, среди которых есть как качественные, так и одиозные произведения.  
На тему межнациональных противостояний и войны отмечу два новых талантливых текста. Повесть «Чеканщик» («Новый мир» №12 2014): советский солдат, перешедший на сторону душманов, возвращается в Россию, но не находит там ни близких, ни приюта.
И о событиях двадцатилетней давности в Таджикистане — роман Владимира Медведева "Заххок": во время гражданской войны убивают врача, и его семью – русскую жену и детей, увозят в глухое среднеазиатское село, где им приходится уживаться с чужими традициями, а к дочке сватается полевой командир. Причём русская жена сталкивается с первой женой врача - таджичкой. («Дружба Народов»: № 3, 2015).
Исторические обстоятельства ставят перед женскими персонажами новые проблемы.
Например, героиня становится жертвой исламской культуры в её радикальном толковании. Как в книге «Проданная в рабство» Амани Уисааль - о русской девочке из неблагополучной семьи, которую собственные родители сбывают торговцу живым товаром. Автором повествования якобы она и является, только выступает под новым, арабским именем.
Образ эмигранта - без него немыслима литература тех, кто был вынужден покинуть родину. Раздвоенность его сознания, ностальгия, но и постепенное врастание в чужую культуру и быт. Как в книгах русскоязычных израильтян - Дины Рубиной и менее известного, но интересного мне Эли Люксембурга. В прозе замелькал и образ мигранта-кавказца, приехавшего в Москву, например, у Эдуарда Багирова. А в рассказе Вячеслава Пьецуха «Французский овраг» иностранец пытается наладить бизнес в России, но, увы, его разоряют партнёры и жена («Октябрь» №7 2015).
Лучшими молодыми представителями отечественной прозы я считаю Ирину Мамаеву и Алису Ганиеву. Первая достоверно рисует русскую провинцию века двадцать первого, вторая - колоритный мир современного Кавказа. У Алисы Ганиевой вышла новая повесть «Жених и невеста» («Октябрь» №4 2015) о дагестанской молодёжи, новых веяниях, актуальных проблемах и древних устоях патриархального общества.
Духовное лицо как персонаж наиболее ярко представлено в книге «Несвятые святые» отца Тихона Шевкунова, в периодически публикуемых «Нашим современником» рассказах отца Ярослава Шипова, в повести Александра Сегеня «Поп», по которой поставлен хороший одноимённый фильм.  И мне нравятся эти произведения. Но знаете, о ком ещё долго не напишут? О современном священнике оппозиционных взглядов, новом Аввакуме, обличающем пороки общества и государства, хотя в жизни такие изредка встречаются.
Отмечу, что в российской литературе не стало бунтарей и ниспровергателей ни со знаком плюс, ни со знаком минус. Писатели не создают образы защитников народа от произвола мафии или чиновников. Правда, такие герои встречаются в детективах, но эти томики-однодневки для чтения в метро никогда не войдут в историю из-за низкого художественного уровня. В мире серьёзной литературы стало не принято говорить о коррупции, о этнической преступности, не модно - о настоящей любви, её подменяют перверсиями. Для традиционных ценностей остался заповедник «деревенской прозы», которую хранит ряд консервативных журналов, но не каждому она интересна…
Богатые событиями и переменами последние годы, именно 2014-й, 2015-й, предоставляют много исходного материала писателям. Это вызов времени русской литературе – сможет ли отразить его достаточно талантливо и честно?

В битве за Слово

Для кого-то провинция – глухомань, а для нас – Большая Россия, по сравнению с которой столица – песчинка на огромной карте. Молодые, но уже достаточно известные поэтессы поколения двадцатилетних Влада Абаимова из Оренбурга и Карина Сейдаметова из Самары отвечают на три вопроса о том, как складываются их творческие судьбы.

- Какое значение имеет провинция для русской литературы?

- Что помогло бы авторам с периферии быстрее выйти к широкому читателю – не хватает внимания центральной прессы, недостаточно культурных мероприятий, поддержки Союза писателей, или таланту для признания достаточно Интернета?

- Есть ли цель у Вашего творчества, глобальная задача или это просто самореализация?


Влада АБАИМОВА. Автор книги стихов "Выжженная полоса". Член Союза писателей России, литературного объединения им.В.И.Даля. Лауреат премий им.Дельвига и «Капитанская дочка».
1
Провинция для русской литературы имеет точно такое же значение, как и столица, ни больше ни меньше. Таланты и графоманы есть везде. Способности никак не коррелируют с местом жительства. Было бы не совсем объективно утверждать, подобно некоторым землякам, что вот мы – такие искренние, самобытные, одухотворенные, а москвичи давно испорчены всем на свете, начиная с квартирного вопроса и заканчивая современным искусством. Вероятно, в конце двадцатого века еще можно было разграничивать провинциальную и столичную литературу, но сегодня, в эпоху глобализации, эта граница уже почти стерлась и скоро сотрется окончательно. У нас одна страна, и литература тоже должна быть одна. Нам нужно объединяться, а не создавать себе искусственные барьеры, как это часто происходит в творческой среде.
2.
На мой взгляд, проводником между писателем и читателем служат, в первую очередь, СМИ. Парадоксально, но не книга, потому что далеко не каждый желающий может ее издать, и если это все-таки происходит, то только благодаря спонсорам. Чтобы поехать на мероприятие в другой город, тоже нужны деньги. Так, билеты из Оренбурга в Москву и обратно обойдутся в целую зарплату. Интернет – гениальное изобретение, но это все-таки прерогатива молодежи, а что делать старикам, у которых порой не то что компьютера - печатной машинки-то нет? Они шлют рукописи в газету.
Таким образом, перед редактором все равны: и школьник, и пенсионер, и горожанин, и сельчанин. А у нас из десяти газет только одна имеет литературную рубрику. Существует также литературный альманах, но и он не может охватить всех авторов. Конечно, в таких стесненных обстоятельствах очень приятно внимание центральной прессы, в частности, вашего издания. Это дает ощущение дружеского плеча, необходимое для плодотворной работы.
3.
В народе бытует мнение, что стихи «льются из души». Я бы сказала иначе: стихи из души выковыриваются с болью и кровью, как занозы. Только то, что тяжело дается, имеет ценность. А если из тебя что-то «льется», засунь в дальний ящик и никому не показывай, потому что это не стихи.
Авторская философия у меня примитивная: не говорить того, чего не думаешь. Конечно, убеждения могут меняться, но всегда должны оставаться искренними. Если я пишу про онкодиспансер, детдом или митинг, то я там была, а не просто брякнула ради красного словца. Целью творчества, да и вообще жизненным кредо считаю сопротивление. Врагам, ведущим против нас информационную войну. Обывателям, ныне стыдливо именуемым средним классом. Своему внутреннему многогрешному «я».
Раз уж ненавидеть, по мнению критиков, мне удается лучше, чем любить, надо направлять эту ненависть в результативное русло. Ненависть, на самом деле, очень хороший мотиватор. Если десять человек прочитают мои стихи и забудут, а одиннадцатый прочитает и захочет изменить свою жизнь, это будет наградой большей, чем все литературные премии. Я пишу для честных людей, которые не боятся смотреть правде в глаза.

Карина СЕЙДАМЕТОВА.  Автор поэтических сборников «Позимник», «Соборный свет». Член Союза писателей России.  Лауреат премии им.Ю.Кузнецова.
1.
Помните, как говорят французы: «таланты рождаются в глубинке…». Не хочу проводить никаких аналогий, но т.н. «русская глубинка-провинция» дала «большой России» множество россыпей-созвездий величайших писателей. Таких как: Шолохов, Кедрин, Рубцов, Кузнецов, Прасолов… Всех и не перечесть!
Возможно, так происходит потому, что столичные устои по большому счету богаты на подмены понятий.  Под яркими вывесками о «бутафорской сказочной жизни» - в реалиях красуются нищета, беспробудство пороков и всепоглощающее одиночество. Нет времени приостановиться, поразмышлять о главном, о судьбе, о жизни. А в глубинке у человека есть возможность не столько утешить, сколько «утишить» многие из своих минутных прихотей, прислушаться к себе самому. Провинция до сих пор остается светочем-оберегом страны именно в глобальном понимании данного значения - страны с многовековыми верованиями, культурой и традициями. Не дозволяет выхолоститься-изжиться корневому и первородному. Это некий фундамент, без которого дом попросту рухнет. Богатство языка народного сокрыто в русских деревнях, опять-таки в глубинке. Деревень остается все меньше, но считаю одной из задач как раз молодых людей, пишущих или читающих, постараться сохранить эти знания и передать их следующим поколениям. А мы всё больше стремимся позабыть да отринуть своё, считая какие-то вещи то ли не модными, то ли пережитками советского прошлого. Отбрасывать старое, не обретя нового, согласитесь, довольно легкомысленно. Так же как, разрушив прежний  системный строй управления страной, не создали новый полноценный. Задача русской литературы в том, чтоб не отвергать «провинцию», а прирастать ею! Черпать в ней силы, стойкость и мужество.
2.
Самое главное не, то чтобы ускорить процесс «выхода автора к широкому читателю» - важно сделать это вовремя, своевременно. Конечно, сказываются и недостаток внимания центральной прессы, и нехватка культурных мероприятий именно литературно-художественного плана. Других-то мероприятий у нас завались! На данный момент - таланту для признания Интернет необходим, но отнюдь не достаточен. Преимуществ сетевой дистанционности множество, но она таит в себе и опасность. Если говорить о совсем еще молодых людях, просматривающих информацию в интернете, то она может быть как душеполезного свойства, так и запредельно-плохого качества, в том числе и литература. Всё находится в прямом доступе. Вопрос лишь в подготовленности и внутреннем редакторе человека. Знаю, что существует «бюро пропаганды художественной литературы» творчества писателей и т.д. Сейчас создаются в той же Сети сообщества по продвижению того или иного писателя.  Отклик-резонанс у таких сообществ неплох, да и эффективность проверена. При всём притом обретение себя в профессии всегда очень индивидуально. Можно говорить о случае, удаче, но очевидно одно: прежде всего – это судьба.

3.
Знаете, есть две фразы, которые в свое время произвели на меня ошеломляющее воздействие:  одна из них сказана Юрием Кузнецовым: «Россия в пропасть летит, а о чем же сегодня пишут молодые поэты?» Я фразу эту слышала, разумеется, с пересказов, от учеников Юрия Поликарповича. А вторая – это слова, прочитанные уже мной в статье под названием: «Цветы на руинах», где говорилось так: «…от частного — к общему, от одного села — к необъятной державе, от семейных преданий — к судьбе народа». Вот эти-то самые крупицы мысли и заставили в полной мере подойти ко всё более очевидному для меня: что в литературе сосредоточенность на выражении своих собственных личностных переживаний должна присутствовать лишь отчасти. Во многом это ещё и способность говорить с читателем, образовывая и воодушевляя людей, сплачивая их в нынешнее время современного раздрая.
Мы, новые авторы глубинной России, - духовное воинство в битве за Слово.
   Спрашивала Марина СТРУКОВА.

Мнимый китаец.

В западном обществе, где политкорректность определяет многое не только в политической, но и в культурной жизни, произошёл литературный скандал. Белый американец, поэт, разуверившись в успехе под собственным английским именем, взял китайское. Майкл Дэррик стал Джоу Ифенем.
После этого его произведение попало в антологию лучших стихотворений американских поэтов за 2015-й год. До этого упомянутый стих был 40 раз  отвергнут журналами. Затем поэт признался прессе в мистификации.
Надо отдать должное, после этой новости составитель антологии всё же не исключил стих мнимого китайца из книги. Сам составитель - индейского происхождения и честно признался, что хотел дать шанс автору с такой же, как у него, смуглой кожей.
Некоторые американцы стали обвинять Майкла Дэррика в «спекулятивном использовании расовой политкорректности». Но, на мой взгляд, это попытка белого одиночки адаптироваться в обществе солидарных национальных меньшинств.
Известно, что и в американской киноиндустрии режиссёры, во избежание обвинений в расизме, приглашают в свои фильмы темнокожих актёров, что не всегда сочетается с исторической обстановкой, о которой идёт речь в сценарии.
«…дикие формы гипертрофированная терпимость приобрела в системе образования США. Многие конгрессмены регулярно предлагают запретить в школах теорию эволюции и неполиткорректные произведения классики вроде «Тома Сойера» Марка Твена и пьес Бернарда Шоу.
Советник по культуре губернатора штата Аризона, требует исключить из школьной программы произведения Толкиена, только потому, что у писателя нет ни одного положительного образа темных сил. Из Чехова и Толстого убрали все упоминания о национальной и религиозной принадлежности героев»(http://www.pravda-tv.ru/).
Но что говорить об Америке, если и в нашем обществе есть свои национальные междусобойчики. Интересно, какой псевдоним выгоднее взять писателю в современной России?  




Новости
23.10.2019

Бунин, Чехов и Чайковский

На Пресне состоится вечер, посвященный этим выдающимся сынам России.
23.10.2019

РКС в МАК

Российский книжный союз стал членом Международной ассоциации книгоиздателей.
23.10.2019

Исключительный Стругацкий

Петербургский губернатор попросил городских депутатов установить мемориальную доску писателю Борису Стругацкому.
22.10.2019

Ушел «Последний Иван»

Писатель Иван Дроздов скончался на 98-м году жизни.
22.10.2019

В «России сегодня» о госмузее имени Даля

Состоится пресс-конференция о проектах Госмузея истории российской литературы имени В.И.Даля в 2019-2020 гг.

Все новости

Книга недели
Колумнисты ЛГ
Неменский Олег

Маша от Зеленского

Развод сил на пробных участках в Донбассе – это своего рода военный балет, никак...

Крашенинникова Вероника

Что видят, то и бредят

Если посредством сцены распространять нравствен­ный упадок, жестокость и насилие...

Макаров Анатолий

Ботинки и воронки

Наши телеведущие не смотрятся как нуждающие­ся.

Попов Валерий

Ты никого не обманешь

Я знал нескольких замечательных писателей и поэтов – и все они были удивительным...

Воеводина Татьяна

Чужие игры

Нас опять готовы не пустить на Олимпиаду и чемпионат мира по фут­болу – 2022 из-...