Я хотел бы поехать в Киев

В 2014 году уфимский поэт Камиль Гремио уехал добровольцем на Донбасс, оказался в Горловке и вскоре попал в плен к ВСУ. Через два месяца его обменяли, и Камиль вернулся на родину. Книга «Расчеловечивание» написана им почти в натуралистической манере, но представляет интерес не только как ценный исторический источник о войне ополчения ДНР с украинскими силовиками. Исповедальность, экспрессивность, парадоксальность обобщений позволяют отнести остросюжетный роман к произведениям философского рода. Как видятся события на Донбассе сегодня, спустя семь лет после их начала?

– Какие вопросы, касающиеся войны на Донбассе, адресуют вам наиболее часто и какие из них представляются вам наименее уместными?

– Самый популярный вопрос: «Сколько тебе заплатили?» Он не только оскорбителен по своей сути, но также отражает катастрофическое нравственное состояние общества. Иной мотивации обыватель не способен даже вообразить, и это ужасно само по себе. Многие, если не все добровольцы народного ополчения Донбасса сталкиваются ровно с таким же вопросом. И реакция у всех примерно одинаковая. Я общаюсь со многими и знаю это наверняка.

А второй по популярности вопрос возникает, когда горе-собеседник узнаёт, что я побывал в плену: «Сильно пытали?» Конечно! Ноги отрубили да сожрать заставили, не иначе! Этот вопрос – второй тревожный звоночек, сигнализирующий о состоянии общества. Гаденькое любопытство уже не считается чем-то постыдным, такт и элементарная вежливость стали атавизмами. Но, разумеется, я уже давно реагирую не столь остро. У меня есть заготовленные ответы разной степени желчности.

– Если говорить о политической стороне дела, об историческом восприятии, от каких стереотипов вы избавились, оказавшись участником и свидетелем событий 2014 года?

– Сложный вопрос. Надо сказать, что на войну я уехал не по политическим соображениям, а руководствуясь глубоко личными мотивами. Политика и судьбы мира скорее являлись ширмой, чтобы совсем дураком не выглядеть… Каким-то краешком восприятия смутно понимал, что вокруг творится история, но о политике думал в третью очередь. И не стоит забывать, что обычный солдат никогда не посвящается в интриги высшего руководства…

У меня иногда спрашивают о каких-то глубинных экономических и политических процессах этой войны, но как я могу ответить?! Как выглядит окоп или как разбирать калаш – расскажу, не вопрос!

– В значительной степени ваша книга – это поиск ответа на вопрос, зачем вы отправились на войну. Отвечаете вы на него с предельной честностью, и это не может не подкупать. Правда, в современной литературе откровенность стала товаром. Не возникало опасения, что ваше «выворачивание души» будет восприниматься именно так – маркетинговым ходом?

– Я отвечу цитатой одного из героев третьей части романа «Расчеловечивание» – это таинственный персонаж «Она»: «Если у мирового порядка со мной конфликт, то это его проблемы, а не мои!..»

– Как изменилась ваша «оптика» после того, как вы вернулись из плена в Уфу? Какой показалась наша российская действительность с багажом нового опыта?

– Тряпочкой «оптика» протёрлась. Красной. Особенно хорошо – после того, как мой «информационный повод», связанный с попаданием в плен, протух в медийной повестке. Я могу только пересказать другими словами то, что уже написано в книжке, поэтому не вижу особого смысла в поисках синонимичных конструкций.

– Вы разрушаете многие стереотипы, отзываясь о тех, у кого были в плену, порой даже с симпатией. Поддерживаете ли вы связь с этими людьми? Что это вообще за люди?

– Сейчас уже почти не поддерживаю. Кто-то пропал, кто-то удалился из соцсетей… Да и что нам обсуждать? По горячим следам пообщаться было интересно, а сейчас всё это уже стало историей. Отнюдь не со всеми из них я смог наладить контакт, это печалит меня. Как они? Где? Живы ли… Не знаю. Что за люди? А мы – что за люди? Две руки, две ноги, одна пустая голова. Если её отрезать – умрём. Вот такие же. Да, пропагандистские помои на Украине не так искусно приправлены глутаматом натрия, привкус информационных фекалий ощущается острее, но ведь основа любой буржуазной пропаганды всегда одна: умирайте за нас, а мы поднимем бабла, блаблабла… Когда весь этот театр абсурда накроется занавесом и можно будет нормально поехать в Киев, не попав при этом «на подвал» в СБУ, я сразу же сделаю это. Больше всего я хочу привезти свою книгу именно туда, потому что, на мой взгляд, именно с украинцами поступили наиболее подло: их обманули. Заставили верить чёрт знает во что, заставили убивать своих братьев и умирать в интересах местечковых олигархов, заставили ненавидеть.

Я не знаю, как мы будем восстанавливаться после этой войны… Но это необходимо. Побывав в плену у этих людей, я так и не научился их ненавидеть. Может быть, я смогу подать хороший пример тем, кто будет не разрушать, но созидать?

– С 14-го года минуло уже семь лет, а конца и края войне, пусть и подмороженной, не видно. Каким вам представляется выход из этой ситуации? Что делать России?

– России – немедленно поднимать зарплату пропагандистам и расширять штат. Народ начинает что-то подозревать… А если серьёзно, то война ещё далека от завершения. А что: выгодное дело! Генерал украинский может списать какой-нибудь БТР да задвинуть его ополченцам по сходной цене, солдат может на «львiвщину» микроволновочку из брошенного дома под Донецком отправить, пистолетик с собой на гражданку утянуть, буржуй – замутить частную армию или срубить оборонный заказ пожирнее, а чиновник – откат вкусный и питательный получить. Иногда мне казалось, что и противоположная сторона не в убытке. Бизнесок, автомобиль отжать, уголь Киеву задвинуть по конячьему тарифу – а чего вы во время войны ожидали? Всем хорошо, кроме тех, на чьих головах эта война происходит. А народ пока терпит.

Знаете, когда я там был, меня считали Россией. Нет, я вполне серьёзно: все спрашивали, когда Донбасс вернётся в историческую гавань, как Крым, почему не вводят войска, как жить дальше… А что я мог ответить? Как Лука у Горького… Выход какой? Много вариантов. Усталость и спуск на тормозах на манер Приднестровья, полная дискредитация киевского режима и возврат Украины в родные пенаты, кровавая фаза с победой той или иной стороны, мировая война, появление Донецкой и Луганской областей РФ… Не знаю.

Камиль Гремио. Расчеловечивание. – М.: Т8 RUGRAM, 2021. – 420 с.